– Извинитесь перед ним, – сказала Ева секретарше, – и перенесите встречу на другой день. И больше меня не беспокойте.

Деньги находились в двух местах: часть суммы в одном из панамских банков, другая – в оффшорной акционерной компании на Бермудах. Первый документ, вложенный в факс и адресованный банку в Панаме, был распоряжением немедленно перевести всю сумму на счет, открытый в банке в Антигуа. Согласно второму факсу, отправленному уже в Антигуа, сумму надо было разбить на три части, которые следовало поместить в три различных банка на острове Большой Кайман. Деньги, хранившиеся на Бермудах, в соответствии с третьим факсом компания должна была в срочном порядке перевести на Багамы.

Почти два часа дня. Но это здесь, в Рио. Европейские же банки пока закрыты. Значит, в течение нескольких часов, до того как Европа проснется, ей придется перебрасывать деньги из одного карибского банка в другой.

Инструкции были четкими, но носили лишь общий характер. Детали Денило оставил на ее личное усмотрение.

Пути перемещения денег Ева определяла сама, и она же решала, в какой именно банк и какую сумму направить.

Она составила список названий вымышленных компаний, от имени которых действовала. Списка этого Денило никогда не видел. Ева делила, дробила суммы на части, посылала их в одну точку, чтобы тут же переслать в другую.

Эту операцию они с Денило обсуждали множество раз.

Силва не мог знать, куда в конце концов уйдут деньги.

Об этом будет известно только ей, Еве. В сложившихся исключительных обстоятельствах она с непоколебимой уверенностью делала то, что считала единственно правильным. Ева специализировалась по торговому законодательству: большинство ее клиентов были бразильскими бизнесменами, стремившимися расширить экспорт продукции в США и Канаду. Она прекрасно разбиралась в особенностях международного рынка, валютах и банковском деле. А специфике игры с деньгами, которую приходилось вести в данный момент, ее обучил Денило.